он

Categories Мимоходом

что — узнаваемо? То,
что накладывается подобием на русло твоей жизни, в которую не войти дважды? В которой не утолить жажду, сколько ни пей — всё испаряется, счастье, горе, надежды и впечатления. Сколько ни пей. Сколько людей, интересно, готовы нажать на репит? Впрочем, оставим рэперам дворовую философию, классный жанр, но без веры в себя он ничто. Йоу.
Я узнала другое. Вернее, другого. Вернее, мне следовало бы писать анамнезы, а не слова икебаной выкладывать о короле придуманного бала. Я не следую тому, что следует, поэтому икебаню: пишу, подравниваю, засовываю в выпитую бутылку и отправляю в море. Представь, какое путешествие, если читаешь это сейчас, ну так вот. Он — узнаваем. Я повторяюсь, но я не вхожу дважды. Я узнаю глубже, когда-то нырнув. Сама, без письма, без бутылки. О, познавать ближнего такая радость. Она как движение в никуда, пойми, это больше, чем движение от слова к слову. Это сикстинская капелла, вращающаяся над головой созвездиями необъяснимых причин и следствий, тяга к которым равна тяготению мореплавателя к туманной, не нанесённой на карту земле.
Он гениален. Как все мы в чём-то своём. Но не все находят ту самую дверь, через которую можно выйти наружу, и не однажды.
Его тексты растут из семян иных языков, привезённых из кругосветки мыслей. Его камера видит объёмную суть, не включённую в жертвенный растиражированный список.
Поиски света в слепом пятне, видимость ненавидимой бытовой утробы, опыт жизни внутри и вне, вся эта алхимия с именем идеала высшей пробы… может быть, миллиарды шагов, может, один шаг. Можно любить, но главное, не мешать